Цитаты из книг

Елена Котова. Кащенко! Записки не сумасшедшего.
49 Пины3 Подписчики
Я понимаю, что она пытается продолжить рассказ без мата и не находит способа, как это сделать.

Я понимаю, что она пытается продолжить рассказ без мата и не находит способа, как это сделать.

Я уже знаю, что так говорят все наркоманы. Я слышу, что в этих словах чувства и боли не больше, чем в «Лунной сонате» из «зала для досуга». Настоящая боль не в них, а в едва различимой тонкой струне задавленного наркотой и нейролептиками «я». Замерший далекий осколок личности, заглушенный внутренней душевной звукоизоляцией. Но ведь там глубоко, в кромешной немоте, боль все равно гудит, кричит...

Я уже знаю, что так говорят все наркоманы. Я слышу, что в этих словах чувства и боли не больше, чем в «Лунной сонате» из «зала для досуга». Настоящая боль не в них, а в едва различимой тонкой струне задавленного наркотой и нейролептиками «я». Замерший далекий осколок личности, заглушенный внутренней душевной звукоизоляцией. Но ведь там глубоко, в кромешной немоте, боль все равно гудит, кричит...

Амбиции и надежды остались, а жизненные соки и здравый смысл высосала та реальность, от которой мое окно выворачивается наизнанку.

Амбиции и надежды остались, а жизненные соки и здравый смысл высосала та реальность, от которой мое окно выворачивается наизнанку.

Мир настолько вывернут наизнанку, что размышления о нем, запросто сведут с ума. У каждого свой запас сил и разума, и отведенный им запас исчерпан. Временами им комфортно в том мире, где они живут, временами – невыносимо, но они принимают его как данность, не задумываясь о существовании иных миров, о которых они ничего не знают. Я могу мыть для них туалеты, я могу делиться с ними конфетами и куревом. Но я утратила способность им сострадать и помогать.

Мир настолько вывернут наизнанку, что размышления о нем, запросто сведут с ума. У каждого свой запас сил и разума, и отведенный им запас исчерпан. Временами им комфортно в том мире, где они живут, временами – невыносимо, но они принимают его как данность, не задумываясь о существовании иных миров, о которых они ничего не знают. Я могу мыть для них туалеты, я могу делиться с ними конфетами и куревом. Но я утратила способность им сострадать и помогать.

От тоски жру сухарики. Знаю, что нельзя, а жру. Слопала полпачки, а зачем?

От тоски жру сухарики. Знаю, что нельзя, а жру. Слопала полпачки, а зачем?

Бабу, похоже, снесло с рельс. Чушь почище, чем у нашей хиромантки-душительницы. Понимаю, что жизнь моя теперь, конечно, несколько осложнится, но исключительно в пределах мирка, где царит произвол медперсонала. Начальство гневается, и они уже незримо взяли под козырек.

Бабу, похоже, снесло с рельс. Чушь почище, чем у нашей хиромантки-душительницы. Понимаю, что жизнь моя теперь, конечно, несколько осложнится, но исключительно в пределах мирка, где царит произвол медперсонала. Начальство гневается, и они уже незримо взяли под козырек.

Правильно говорит Галка, подружка-косметолог: «Мыться вредно, лучше чесаться».

Правильно говорит Галка, подружка-косметолог: «Мыться вредно, лучше чесаться».

Торты, видимо, тоже приносят родственники, не только марихуанку же в булках им таскать.

Торты, видимо, тоже приносят родственники, не только марихуанку же в булках им таскать.

Я думаю о сыне, о детях самых близких подруг, о том, как наши мальчики бунтовали против нас, матерей....Они тяготились нашей любовью, потому что уже знали, что скоро им придется жить в мире за пределами этой любви. Наша любовь им только мешала понять мир, а как жить в нем без любви – они не знали.

Я думаю о сыне, о детях самых близких подруг, о том, как наши мальчики бунтовали против нас, матерей....Они тяготились нашей любовью, потому что уже знали, что скоро им придется жить в мире за пределами этой любви. Наша любовь им только мешала понять мир, а как жить в нем без любви – они не знали.

Действительно, раз был настрой на шмон, что ж останавливаться на полдороге.

Действительно, раз был настрой на шмон, что ж останавливаться на полдороге.

Pinterest
Поиск